Вітаємо Вас, Гость
[ Нові повідомлення · Участники · Правила форуму · Пошук · RSS ]
Сторінка 1 з 11
Форум » Творчicть наших друзiв » Книги друзів » Наталья Алымова. Мне надо успеть (Повесть)
Наталья Алымова. Мне надо успеть
AvtorДата: П`ятниця, 27.01.2017, 21:09 | Сообщение # 1
Offline
Генерал-полковник
Группа: Администраторы
Сообщений: 1566
Репутация: 0
О книге
Повествование основано на реальной истории. Его героиня работает в одном из Центров Реабилитации воинов АТО в Украине. Книга о том, какую цену готов заплатить человек за возможность быть счастливым.

От автора
Несколько месяцев назад я решила подтянуть свои знания по компьютеру. Так и вышла на Анну. Индивидуальные занятия вскоре отошли на второй план, мы поняли, что интересны друг другу, и наши мировоззренческие беседы закрепились предложением Анны посетить с группой целителей, куда она входила, Реабилитационный Центр воинов АТО (Они работают почти год). Я согласилась, толком не понимая, для чего, ну, разве что в качестве психолога с занятиями арт-терапией. Это - рисование, беседы, разбор рисунков, выявление внутренних проблем. Раз в неделю с подругой мы посещали Центр. Там, в очередной раз, произошла замена администратора, и мы познакомились ближе с Ириной, которая до этого была одной из многих, и, услышав ее историю, осознали, вдруг, что поддержка нужна не только тонущему, но и тому, кто находит в себе силы держаться на поверхности и не тонуть. Захотелось об этом написать. Макрос, Рипли и Бадди – мистические герои, сами заявили о своем праве присутствовать в сюжете. Кто-то поверит в их существование, кто-то нет. От этого история примет тот или иной окрас.

Мне надо успеть
Глава 1
Штурвальный
Эта история началась в далеких 80-х в одной из станиц Краснодарского Края жарким июльским днем в семье среднего достатка, где отец -комбайнер, мать - домохозяйка, двое детей: двенадцатилетний Иван и Ириша, которой только исполнилось шестнадцать.
Мать хлопотала на кухне, готовя обед, когда распахнулась входная дверь и на пороге материализовалась девчушка. По внешнему виду ее можно было назвать девушкой, но поведение подростка вызывало улыбку, больше ей бы подошло «барышня».
- Ну и жара! Ма, квас холодный есть?
- Смотри, горло заболит…
- Не заболит, - ответила та, тыльной частью руки вытирая пот со лба. Ее упрямая челка прилипла ко лбу, футболка была влажной.
- Ириш, не поможешь отцу? Ваня не справляется. Ты видишь, как в этом году… Ночами работают.
Ира знала, о какой помощи говорит мать. Ваня несколько дней помогал отцу на комбайне – был штурвальным. Когда зреет и осыпается пшеница, все, кто может и не может спешат на поле. Все силы на уборку. День год кормит – это тот самый случай. Человек рождается, растет, обретает знания, вбирает в себя жизненный опыт… Раскрывается же он в тот миг, когда необходимо принять важное решение – получить путевку во взрослую жизнь или задержаться в детстве. Некоторые видят себя героями, другие мечтают ими стать, а третьи просто живут свою жизнь, не отвлекаясь на лишние рассуждения. Ириша была из таких.
- Штурвальным? Ладно...
- Вечером отцу скажем, что ты согласна. А ты уверена, что справишься? День не нормированный, - спохватилась Татьяна, вспомнив, что дочь еще тоже ребенок, хоть и старше.
- Есть другие варианты? – Вторую часть фразы дочь считала глупой:
- Попробую.
- Вот и ладненько, - вставая из-за стола, выдохнул Виктор. Он был не родным отцом Иры и переживал за нее больше, чем за собственного сорванца. Он не делил детей, считая их обоих своими. Ирише и двух лет не было, когда Виктор Татьяну с маленькой Иришкой взял под свое крыло:
- Подъем в 4 утра. Высыпайся как следует.
В эту ночь в своей комнате Ириша была не одна. К ней снизошли Силы Небесные в виде служебного духа по имени Макрос.
- Я не имею ничего общего с интернетом, - обычно оправдывался он, когда выходил на контакт с подопечным:
- Возможно, эта функция названа в мою честь. Ведь, по сути, я тоже функция…Только я был до сотворения вашей планеты… Девочка моя, с завтрашнего дня ты начнешь постигать одну важную науку в здешних краях – науку управления. Если ты не научишься управлять собой, всю жизнь будешь чьим-то средством для достижения чужих целей. Завтра ты сядешь за штурвал огромной машины, изучишь ее устройство, поймешь, как ее запускать и останавливать… А я буду рядом, - нашептывал он над головой спящей Ириши.
Утром, приехав на поле на рассвете, она проследовала за Виктором к огромному агрегату оранжевого цвета. «Ну и махина», - подумалось ей. Интересно, в какой части разместится она? Будет ли он ей послушен? Долго ли продлится обучение?
- Я буду рядом, - продублировал Виктор слова Макроса. - Главное, не бойся.
Ириша справилась. Два дня пролетели за учебой и работой незаметно, на третий появился ОН. Сердце забилось чаще.
- Па, а кто это? – спросила Ириша отца, кивнув в сторону молодого парня в комбинезоне.
- Славик из соседней станицы. Он вчера перешел в нашу бригаду. А что? – Виктор посмотрел на дочь, пытаясь считать на ее лице причину этого интереса.
- Так, ничего, - спокойно ответила Иришка, опуская глаза.
- Хороший парень, - на всякий случай добавил отец, чтобы закрыть тему.
- Неплохой, - прошуршал ветерок возле уха.
Славик был старше Иры на 8 лет. Его спокойное лицо, беспристрастный взгляд, здравые рассуждения и четкие действия делали его на несколько порядков выше ее ровесников. «Какой взрослый», - думала она и ловила себя на том, что все больше и больше хочет ему понравиться.
Иришка была спелым налитым яблоком, источающим неповторимый аромат юности. В этом возрасте все - принцессы, даже те, чей трон за штурвалом комбайна. Вячеслав не верил своему счастью. Он считал себя одиночкой, а тут… Будто сама судьба изолировала их от мира, поместив на этом поле, где были только он и она. Остальные не в счет. Их влекло друг к другу с непреодолимой силой, и вскоре случилось все, чему было суждено случиться. Иришу соблазняла взрослая жизнь, в которую она впрыгнула, не задумываясь. Разлучаться они не хотели и не могли. После жарких объятий засыпать в холодных постелях было их представлением об аде. Родители Иришки были против скороспелых отношений – школу надо закончить, да и статус официальной жены светил их дочери только через два года. Но они нашли приют в семье Вячеслава, которую мало волновали пересуды станичников. На скорую руку справили свадьбу – в основном для людей, и приняли невестку в состав семьи на должность Золушки.
Жизнь в селе - это почти круглосуточный беспросветный физический труд. Пока молодой был на работе, молодая стирала на всю семью, топила печь, полола грядки. К ночи уставшие, но счастливые, они падали в объятья друг друга. Утром снова каждый на свой пост. Мать Иришки никак не могла смириться с тем, что дочь выпорхнула из дома так поспешно. Она не ждала от такого союза ничего хорошего и угрожала не званному зятю судом и статьей за связь с несовершеннолетней. У молодых же срабатывал какой-то внутренний предохранитель, не позволяющий до времени появиться на свет наследникам. Прошло около двух лет. К невестке привыкли, как к своей, а вскоре начали говорить о том, что их Славка достоин лучшей, а она так – приживалка. А когда подвыпивший свекор сказал ей открыто, чтобы убиралась на все четыре стороны, она стала собирать вещи. Славик был в командировке, заступиться было некому.
Какой бы горькой не была обида – с ней лучше справиться, а еще лучше поблагодарить своего обидчика, который делает для души неоценимую услугу – вынуждает двигаться дальше. Не зря говорится о том, что «гонителей» нужно благословлять, Ангел Хранитель - ничто иное, как качество души, направленное против земного благополучия человека, выбивающее его из зоны комфорта, а страдания – наша движущая сила. Если у нас не хватает понимания того, что на этом месте и в этой роли весь ресурс исчерпан, приходят подсказки извне, например, от свекра. В обидных речах очень трудно услышать благословение, например: «Пришла вам пора отделиться. Если ты не уйдешь первая, Славка никогда не отважится переступить порог родительского дома. Давай! Благословляю тебя, дочка». Проблема была не только в этом. Они бы давно ушли, но куда? Идти-то некуда. Вернуться домой одной – признать поражение.
Ира нашла приют у тетки Славика - Оксаны. Там и дождалась своего любимого, который, вернувшись из командировки, сразу собрал вещи и последовал за своей половинкой. Прошло совсем немного времени, и тетка начала политику «выдавливания» племянника с женой. Сначала уговаривала простить старика за его пьяный бред и вернуться в семью, но потом начала им подыскивать недорогой домик, и вскоре такой был найден – под снос. А через год на его месте выросла усадьба. Семья входила туда уже с дочкой. Они расписались тогда же, когда регистрировали новорожденную Любовь. Имя девочке было дано в честь их победившей любви, которая в трудностях становилась только сильнее. Юношеская эйфория сменилась ровным дыханием, дружбой, партнерством и близость стала иной – спокойной, уютной, надежной. Они доверяли друг другу.
 
AvtorДата: П`ятниця, 27.01.2017, 21:09 | Сообщение # 2
Offline
Генерал-полковник
Группа: Администраторы
Сообщений: 1566
Репутация: 0
Глава 2
Дети
Второе имя Любаши – Авария. «Ни дня без травмы» - девиз ее жизни. Что делать ребенку, если мама живет на кухне, а папа на работе? Исследовать мир. Для Иры это было время мексиканских сериалов «Богатые тоже плачут», «Марианна», «Просто Мария» с одной стороны, и обязанностей по хозяйству - с другой. Их усадьба постепенно приобретала статус фермерского хозяйства, а за этим стоял титанический труд. Небольшой телевизор в «рабочем кабинете» соединял ее с внешним миром. Ирина (от Иришки не осталось и следа) помнила о дочери постоянно, хотя приходилось не легко. Рядом с вожделенным зомби-ящиком, выполняющим роль окна в мир, на подносе стояло несколько пузырьков с зеленкой, йодом, перекисью водорода, лежала упаковка с ватой и бинты. Взгляд Ирины то и дело переключался на них. «Любаня!», - говорила она себе и выскакивала во двор убедиться, что успела. Как правило, она появлялась уже, чтобы оказать первую помощь. Сбитые локти и коленки, иногда усугубленные гипсом, говорили о том, что девочка с трудом вписывается в реальность. Вскоре самой Ирине пришлось ощутить все то, что испытывала ее дочь. Брат предложил съездить в райцентр на базар просканировать ценовую политику – торговля была основным средством дохода. На трассе он не справился с управлением и, врезавшись в бетонную плиту, перевернулся несколько раз. В результате машину разобрали на запчасти, а ее пассажиров, наоборот, попытались собрать из кусочков. У Ирины травма позвоночника, у Любаши многочисленные переломы рук и ног. Вскоре обе пошли на поправку. Оказавшись дома, первое, что они увидели – клумбу с цветами.
- Мама! Глазки открылись, - констатировала малышка. - Только не знаю чьи…
- Мамины, - прошептал на ухо ветерок. - Кстати, у тебя скоро будет братик…
Девочка на минуту замерла, ей показалось, что с ней кто-то разговаривает. Посмотрев по сторонам, она увидела едва заметную улыбку, порхающую над клумбой с анютиными глазками.
Это был все тот же Макрос, и он был не один. Теперь у него был напарник Рипли, куратор семьи Ирины, а Макрос по-прежнему отвечал за ее душу. Действительно, вскоре их подопечная узнала, что у семьи намечается прибавление. Родился сын, которого назвали Вячеславом в честь отца. Кроме радости для родителей приход еще одной души означал увеличение хозяйства, в смысле поголовья их живности. Сначала человек кормит животное, затем оно человека – ценой собственной жизни благоустраивает быт хозяина, помогая ему жить по-человечески. Цена новых приобретений семьи - жизни их любимых свинок, коров и курочек. Жизнь в селе во многом зависит от урожайности и плодовитости.
Время шло, тысячелетие выдыхало последние годы. Несмотря на периодические кризисы, достаток семьи Умелых был стабильно-возрастающим. Все было отлажено до мелочей, систематизировано, механизировано, управляемо, в общем, шло своим чередом. Появление в их доме деда Николая, которого Ирина взялась досматривать, никого не смутило. Старость нужно уважать.
- Обидно, - говорил седой, как лунь, дед, -столько внуков, и ни один не назван моим именем…
- Не переживай, деда. Если Бог даст еще ребенка – я назову.
Дед не дожил до рождения своей тезки Николетты, или просто Ники. Она пришла в мир на рубеже двух тысячелетий. Даже не пришла, а «проскочила», как говорят женщины: «через месячные». Ира узнала о том, что носит ребенка, спустя пять месяцев. Предпринимать что-либо было поздно, да и не те люди Умелые, чтобы избавляться от живой души. Снова, с одной стороны радость, с другой дополнительные нагрузки: увеличение фермы - коровы, бычки, свинки, птица, гектары земли. Трудностей семья не боялась, они привыкли уставать, только вот супружеская жизнь стала плавно сходить на «нет». Вячеслав все чаще релаксировал за рюмкой-другой. Нет, он не был алкоголиком, просто его душа огрублялась, замыкалась, в то время, как Ирина расцветала, несмотря на то, что разменяла четвертый десяток.
Главная ошибка многих в том, что, желая быть хозяевами жизни, они становятся ее рабами. И это касается не только сельского хозяйства. Тело семьи увеличивается, а душа, загнанная заботами об этом самом теле, прекращает свой рост, перестает развиваться, замыкаясь в тесной клетке приятных воспоминаний молодости. Ее пугают любые перемены, любая непредсказуемость. Вячеслав походил на потухший вулкан, Ирина же на цветущую долину. Любым отношениям необходимо развитие, тем более, семейным. Отдача семье в ущерб душе постепенно сбивает ориентиры человека, и он превращается в робота. Накрывая на стол, хозяйка довольна тем, что никто не останется голодным, а какую пищу она предложила своей душе? Что нового она узнала о себе, своих проявлениях? Пообщалась ли с детьми – причем с каждым отдельно? Обняла ли мужа?
Ты можешь до блеска натирать корпус автомобиля, но без горючего он не сдвинется с места. Для человека горючее, пища для его души – цель, мотивация, рост. Тогда он жив. Ирина была менеджером семьи, ее управляющим, представителем во всех сферах деятельности вплоть до реализации продукции на рынке, в общем, как обычно, ее место - за штурвалом. Большинство организационных вопросов, связанных с их бизнесом решала она. Для фермеров наступили трудные времена. Проблем было больше, чем вариантов их решения.
Пришло время активизироваться Макросу и Рипли. Они буквально теряли Ирину, которую захлестывала волна агрессии и непринятия.
- Надо что-то делать. Мы ее теряем, - импульс Макроса достиг Рипли.
- Их, как семью, боюсь, мы уже потеряли. Надо думать… Если что-то и поменяется к лучшему – только через нее. Он безнадежно пассивен…
- Любовь! Я знаю выход! Она должна влюбиться… И не только полюбить так, чтоб душа наизнанку, но и его зажечь. Он перестал дорожить ею, перестал видеть в ней женщину.
- Что ты предлагаешь? Сводничество?
- А что плохого? Я знаю примерные параметры ее идеала, но она пока не знает – помогу ей.
- Как ты собираешься это сделать?
- Все уже запущено…
- У меня уже и доброволец на подходе…
- В смысле?
- Душа, которая воплотится через нее… Хороший мальчик. Его работа переводить людей на новый уровень. Он обычно долго не живет. Выполнил – и ушел. Работает без сбоев. Проверенный вариант. Его имя Бадди – вечный двигатель. Скорее всего его назовут Богданом – это имя сыграет свою роль.
- Еще один ребенок?
- А что тебя смущает? Я ж не блудняк предлагаю, а переход на новый уровень развития, другой вид энергий. Это будет не измена мужу, а инициация. Посвящение в новую жизнь. Тем более герой-любовник, узнав о ее беременности отвалит, а она, разочаровавшись в людях, будет искать встречи с нами.
- С Богом - ты хочешь сказать?
- Можно и так. С запредельным.
- Мне немного жаль моего клиента, он неплохой…
- Неплохим в наше время быть недостаточно. Нужно быть не просто хорошим, но активно хорошим, неравнодушным. Если он сможет простить жену и принять ребенка – это его первый шаг к выздоровлению.
Ничего не подозревающая Ирина возвращалась домой из Краснодара. Все ее мысли занимали вьетнамские вислобрюхие… Да, именно хрюшки. Она думала, как улучшить породу, как прокормить детей, как сохранить семью. На личную жизнь она не имела права – это не входило в общий план. Любаше скоро поступать, Славик старшеклассник, Ника в школу пошла.
«От райцентра на попутках придется», - она не боялась голосовать. Залетных здесь было мало, все всех знают. Притормозил «Опель»:
- Садитесь, подвезу, - галантно предложил незнакомец.
- А нам по пути? Мне в Николаевку.
- Подвезу, сказал же…
- Спасибо. Будем знакомиться? Ирина, - она повернулась к водителю в пол оборота.
- Максим. Я вас видел на сельскохозяйственной выставке. Тоже вислобрюхими интересуетесь?
Ира смутилась.
- Я к сестре еду. Живу в Краснодаре. Такой себе семейный подряд: я -теоретик, она - практик, - мужчина чему-то улыбался.
Макрос позаботился о том, чтобы создать в салоне состояние, располагающее к дальнейшему знакомству. Они проговорили два часа напролет. Расставаться не хотелось, но, выходя, она сказала что-то типа «Будете в наших краях…»
- Нет, уж лучше Вы к нам, - ответил Максим, протягивая свою визитку.- Будете в городе, наберите. Кофейку попьем. Пообщаемся…
- Получилось! – отчитывался Макрос перед Рипли:
- Почин есть. Твой-то как?
- Расслабон. С пультом и рюмочкой у телевизора.
- А хозяйство?
- Дети.
- Посмотрим, что дальше будет.
- Не переусердствуй…
Ира, переступив порог собственного дома, вдруг поняла, что она -свободный человек, что сама загнала себя в тиски условностей, что ее семья вполне счастлива и без нее. На ее приход никто не отреагировал, кроме Ники, которая подошла и тихонько погладила руку. «Что я видела? Как впряглась в шестнадцать – так и везу… А я ведь - тоже человек, не говоря уже о том, что женщина».
- Я себе нужна, - проговорила она вслух, спрятав визитку Максима в дальний кармашек кошелька. Помыв посуду и приняв душ, она впервые постелила себе в зале. Муж не отреагировал. Уже через несколько минут из их комнаты доносился здоровый храп. Она закрыла глаза и начала думать о плановой поездке в город. Причин на это было достаточно.
Прошел месяц. Она считала дни до вожделенного события, предчувствуя встречу. Вспомнит ли ее Максим?
И вот она в Краснодаре и, конечно же, рядом со своими вислобрюхими. Ира вздрогнула, кто-то взял ее под руку. Конечно, это был он:
- Обманщица, обещала позвонить по приезде…
- Я как раз собиралась… Ира почувствовала себя неловко, будто ее застали врасплох. Предательски задрожала рука и сел голос.
- Если что надо – я помогу, - Максим не скрывал своего превосходства.
«Надо, - кричало все естество Ирины, -мне очень надо куда-то, но если бы я знала, куда?»
- Да, я хочу прикупить пару свиноматок, буду транспорт искать…
- Я подвезу. Как раз к сестре собирался… Сколько у тебя времени? До завтра может подождать?
- Да, - почти шепотом ответила Ира.
- Тогда поехали…
- Бадди, будь начеку – твое время, - Макрос сидел в позе лотоса на крыше гостиницы «Колос».
- Я до завтра задержусь, - коротко ответила она мужу по телефону.
Никто не в праве осуждать никого за его поступки. Прежде чем осуждать человека — возьми его обувь и пройди его путь, попробуй его слезы, почувствуй его боль. Наткнись на каждый камень, о который он споткнулся. И только после этого говори, что ты знаешь, как правильно ему жить. Классика жанра.
Ира вступила в эти воды и ей было хорошо, и она была счастлива. Она привезла домой двух свиноматок и еще кое-кого, о ком узнает чуть позднее. Она была благодарна Максиму, но у их отношений не было будущего. Она не сторонница тайных свиданий. Рано или поздно об этом все равно бы догадались.
Что такое жизненный экзамен? Это когда ты стоишь перед выбором в самый неподходящий для этого момент. Тебе нужно принять то, что не поддается никакой логике – сыграть против себя. Ты поступаешь не «потому что», а вопреки. Ты снова выходишь из зоны комфорта, открывая сердце новым трудностям. Ты выбираешь жизнь, бьющуюся под этим самым сердцем и заявляющую о себе с каждым разом все увереннее и увереннее. На семейном совете ребенка решили оставить. Говорят, что у мусульман родство считается по матери (один Аллах знает, кто был отцом). Там, где трое – четвертому всегда место найдется. Кроме удивления и радости Ирина испытывала чувство стыда перед старшими детьми за свое необычное положение. Ребенок был их – их семьи, и, конечно же, его отцом был Вячеслав – Слава… Слава Богу! Ребенок склеит их брак, держащийся только благодаря детям и хозяйству. Еще была какая-то вселенская усталость, пронизывающая насквозь – цена, которую платила семья за свое материальное благополучие.
 
AvtorДата: П`ятниця, 27.01.2017, 21:10 | Сообщение # 3
Offline
Генерал-полковник
Группа: Администраторы
Сообщений: 1566
Репутация: 0
Глава 3
Переход
Беременность не была похожа на остальные. Ира ощущала, что вынашивает собственную душу, наблюдая, как она перерождается. Богдан, так назвали малыша, родился мертвым. Не открылись легкие. Роды были тяжелыми. Бороться за жизнь новорожденного в местной больнице не было никакой возможности. Реанимируя всеми подручными средствами, его направили сначала в станицу, а затем в Краснодар в областную больницу.
- Максим, - кричала в отчаянии Ирина в трубку мобильного:
- Помоги – это твой сын!
Максим попросил не афишировать ни их связи, ни, тем более, следствия этой связи. Ирине было не понять, что чувства, окутавшие их в тот памятный день, были «единоразовым пособием» Неба. Они - лишь стимул к долгожданным переменам в ее судьбе.
- Не плачьте, с таким именем он не имеет права умереть, - утешал плачущую мать водитель «скорой».
Ирина не представляла своей жизни без Богдана, с которым была связана невидимой пуповиной, и приняла решение ехать в Краснодар и находиться с ребенком до его полного выздоровления или… Второй вариант не рассматривался. Семья поддержала решение матери.
Когда она впервые переступила порог реанимационной палаты и подошла к крохотному существу, подключенному к множеству капельниц и дыхательному аппарату, сына не узнала.
- Кто это? – спросила она медсестру, сопровождавшую ее.
Богдан отреагировал на голос матери и открыл глаза. Она столкнулась с осмысленным взглядом взрослого страдающего человека.
- Где мой сын? – почти закричала она, повернувшись к медсестре.
- Успокойтесь. Это ваш сын. Вот его бирка. Вот медкарта. Привыкайте. У вас необычный ребенок. Он не будет похож на остальных детей. И еще, - медсестра помедлила. - Он очень за Вами скучал… Откуда было знать обо всем этом пожилой даме в белом халате:
- Все у вас будет хорошо. Примите своё дитя.
Первое, на что решилась Ирина, это постепенно, в тайне от медперсонала, перевести ребенка на самостоятельное дыхание и питание. Она попеременно давала ему возможность то дышать, то есть самостоятельно. Ее усилия не были напрасны. Через неделю их выписали с огромным списком названий медикаментов, необходимых для реабилитации. За это время их души срослись настолько, что реагировали на каждое внутреннее движение друг друга. Женщины не понимают, что, давая жизнь кому-то, они помогают воплотиться собственному Спасителю. Им дается возможность родиться заново и прожить еще одну жизнь.
- Что за имя хохляцкое, - недоумевали родственники и знакомые.- Прямо бендеровец.
- Сами вы бендеровцы, - отвечала мать. - Мне его Бог дал.
Высшие силы так же позаботились о материальной поддержке малыша – до двух лет он получал бесплатное питание. Выхаживали мальчика всей семьей. Дети по очереди пропускали школу, мать торговала на рынке. Наступали трудные времена – травля мелкого бизнеса на государственном уровне. В первую очередь законы коснулись личных приусадебных хозяйств или фермеров. Началась борьба за выживание. Без пакета справок невозможно было сбыть продукцию. Нормы были неосуществимы, так как речь шла о скоропортящемся товаре. Многие считали, что вирус «Африканской чумы» и «Птичьего гриппа» - больше информационный, чем реальный и направлен он на уничтожение фермерского сословия. Создавались комиссии и инспекции, которые нужно было содержать. Их представители ходили по дворам. Иногда хозяев заставляли вырезать все поголовье во избежание негативных последствий. Началась всеобщая паника. Ирина добилась определенных успехов в разведении вьетнамских вислобрюхих. Она их скрещивала с обычными и те давали потомство, устойчивое к болезням и быстро созревающее. Она держала оборону, как могла, писала президенту, в Министерство Сельского Хозяйства и даже в ФСБ. Итог – «Иск о запрете деятельности по разведению свиней». Человек отчаянно борется за возможность выжить, держась за привычный ему мир. Прибыль тождественна уверенности в завтрашнем дне. Если бы у нас появилось желание проанализировать, куда ведут все наши усилия, возможно, те, кого мы считаем своими врагами, стали бы благодетелями. Дело в практике, древней, как мир. Просто вопрос «За что?» нужно изменить на вопрос «Для чего?». Если выбор души двигаться дальше сделан, судьба направляет к нему «вышибал», пинок которых заставляет искать выход из сложившейся ситуации, мягко подталкивая его к следующей дверце или ступени – кому как ближе.
- Это твой единственный шанс – не упусти его, - говорит тебе Небо устами ненавистного инспектора, запрещающего заниматься любимым делом. Любимым или скорее привычным? Неужели тебе нравится растить хрюшек, чистить их помещения, а потом забивать, разделывать, а затем сбывать тушки, у которых раньше были имена? Может просто пришло твое время служить людям, сменив животноводство на человековедение?
Макрос и Рипли временно занялись другими подопечными. С Ириной был Бадди – Богдан, усилиями которого состоялась ее поездка в Ростов и знакомство с одним из ведущих адвокатов Борисом Израилевичем, который и стал главным учителем на этом отрезке пути. Он медленно, но уверенно переводил Ирину на новый уровень приоритетов и ценностей. И пусть обучение вылилось ей в кругленькую сумму – это того стоило. Общение с личностью такого уровня потрясло ее настолько, что она долго не могла прийти в себя. «До безумия образован, галантен и с тонким чувством юмора», - описывала она Бориса знакомым и родственникам. Ей почему-то вспомнился ее кнур Борька, по иронии судьбы носивший то же имя, и она невольно улыбнулась.
- Выбрось телевизор, забудь. Там одно вранье. Переходи в интернет, выходи на связь с миром, ищи своих, - наставлял клиентку адвокат.
Она пересмотрела свои взгляды не только на мир, но и на представителей сильного пола. Что же на самом деле является мужским достоинством? Борис стал ее кумиром, вдохновителем и стимулом к началу новой жизни.
 
AvtorДата: П`ятниця, 27.01.2017, 21:10 | Сообщение # 4
Offline
Генерал-полковник
Группа: Администраторы
Сообщений: 1566
Репутация: 0
Глава 4
Другая жизнь
Эта жизнь началась с замены источника информации. Ирина переселилась в интернет-пространство. Зарегистрировалась в твиттере. Первыми ее друзьями стали люди из близкого окружения Бориса. Целью их общения стал общий поиск пути перемен для всего общества в целом, но через изменение себя – своих принципов и взглядов на жизнь. Они предложили Ире вынести ее тему в информационное пространство аккаунта, после чего та открыла в себе склонность к писательству. Мысли легко и свободно тонкими ручейками вливались в океан всеобщей боли и желания изменить мир. Она стала блогером. Ее небольшие публикации пользовались популярностью у шести тысяч подписчиков. Она писала обо всем, что проживала и вскоре о ее судьбе узнали многие. Она стала частью иннет-сообщества «Усадьба», где ее публикации «Домик в деревне» пользовались особой популярностью. Ирина ускользала из поля родственников. Находясь близко и далеко одновременно, она не подозревала, что стала для семьи раздражителем номер один. Только Богдан радовался этим переменам, наверное, и Ника понимала мать. Ирина была счастлива, начав светиться каким-то внутренним Светом.
- Я тут не при делах, - сказал бы на это Макрос.
Просто к ней пришло осознание того, что ее прошлая жизнь, за которую она так держалась, на самом деле была тюремной камерой для ее души – жизнью с ограниченными возможностями. Ей открылась дверца в новое измерение, через которую она выбралась на другую сторону бытия и смогла взглянуть на себя и свою ситуацию со стороны, а это качество души всегда выявляет области, над которыми нужно работать. В семье началось настоящее противостояние. Недовольство мужа сменилось сначала раздражением, затем агрессией, затем неприкрытым хамством временами с рукоприкладством. Он начал перехватывать телефонные звонки новых друзей жены, грубил, угрожал, разбивал гаджеты.
- Зачем ты так? – успокаивала она мужа:
- У тебя же тоже есть возможность начать новую жизнь. Просто прими меня такой. Я тебе во всем помогу.
Дело, очевидно, в том, что Ирина не представляла себе близости с человеком, застрявшем в прошлом и не имеющим ни малейшего желания что-либо менять. Она предлагала ему дружбу и партнерство, но он не представлял союза без присвоения другого человека и возможности обладать им. Он привык к такой самореализации. По иронии судьбы, чем тоньше становилась ее душа, тем грубее его. Она не желала опускаться до его ценностей, стараясь приобщить к своим, наверное, в этом нежелании и была основная причина нежизнеспособности их брака.
Самым близким ее человечком был Богдан. Они были неразлучны и понимали друг друга с полувзгляда. Мальчик был не простым, как ее, впрочем, и предупреждали. В одной его реальности была мама, в другой – Шинда, с которым он проводил все свое свободное время.
- Шинда! Нам купили новую игрушку! – спешил он обрадовать друга. Ира, входя в комнату сына без предупреждения, замечала, что он с кем-то беседует, либо играет, либо катается по полу, борясь.
- Ты что, не один, - спросила она как-то сына.
- Да не один. Тут Шинда. Он со мной почти всегда. Он мой друг.
Ира старалась принимать это, как данность. Их семья разделилась. Трое старших детей поддерживали отца, а вместе с ним привычный стабильный мир детства с его вкусом парного молока и маминой выпечки. В нем все было надежно и стабильно. Мать и отец – несущие конструкции их будущего благополучия. Все, как у людей – родители – прошлое, дети – будущее. Ирина с Богданом жили в настоящем и не собирались быть рабами чьих-то фантазий. Они были интересны самим себе. Невольно семья Умелых стала образцом того, как новое пытается войти в человеческую жизнь, а старое изо всех сил этому сопротивляется. Только обретя Богдана, она поняла, что такое материнство на самом деле. Раньше для нее было важно, чтобы ребенок был одет и накормлен, остальное второстепенно. Сначала они смотрели на каждого ребенка, как на «рот», в который нужно что-то положить, затем на «руки», которые можно как-то использовать. В ее новой картине мира эти два органа заменились на душу и сердце, понимание и сострадание. Общение стало главным, она вышла за калитку своей усадьбы, чтобы подарить себя миру, тем, кому она могла бы быть хоть чем-то полезна.
Глава 5
Оппозиция
«Я не смогу изменить общество в одиночку, предложить альтернативную власть, но у меня есть возможность пополнить ряды тех, кто борется с несправедливостью. Чем нас больше – тем мы сильнее, а значит, есть шанс изменить общество к лучшему» - среднестатистическая мотивация любого оппозиционера. Единицы понимают, что нужно начинать с себя – своей души и только малый процент, не только понимает, но и поступает таким образом. К этому пониманию человек идет болезненно и приходит не сразу. Вот и Ирина начала старт с хождения по всевозможным оппозиционным организациям. С некоторых пор питая слабость к еврейским мужчинам, Ира выбрала партию ЛДПР с ее очаровательным лидером Владимиром Жериновским. Ей хватило нескольких месяцев, чтобы понять, что оппозиция лишь смягчает гнев народа. Ее актив, как цепной пес, который лает на хозяина, но при этом надежно охраняет его двор. Она написала заявление о выходе и отправила по указанному адресу. Не дождавшись ответа, по тому же адресу отправила партбилет. Ее вхождение и выхождение напоминало ей посещение зала игровых автоматов, куда она вошла, сыграла и вышла. Время она потеряла, но опыт приобрела. Приобрела, но не закрепила. На закрепление далась Либертарианская партия. К этому времени о событиях в Украине говорил весь мир, а ее члены готовили подобное на Красной площади в Москве. Готовили, или блефовали? Митинг был назначен на середину января 2015, и когда люди с дальних регионов страны уже настроились и купили билеты на транспорт, его перенесли на конец 2014 года. У всех было ощущение, что их «слили» властям. Ирина пришла к тому же, к чему приходит большинство. Изменить что-либо можно только личным примером – через себя и еще – играть открытыми картами – заявлять о себе, своей позиции. Словом, не молчать, что означает – быть неравнодушным. Она пошла проверенным путем, создав активную страничку на фейсбуке. Итог – более 5000 подписчиков. Первый ее пост был о том, что выборы нужно не бойкотировать, не игнорировать, позволяя манипуляторам беспрепятственно заполнять бланки, как им выгодно, на идти на выборы и сознательно портить бюллетени, давая понять власти, что она несостоятельна. К тому времени, когда наша героиня была уже с головой в политике, суды «отбили» дорогих ее сердцу хрюшек: «Эти самые чистые, самые безобидные и человечные из всех, с кем меня сталкивала жизнь последнее время», - говорила она самой себе. Ее печать в паспорте о браке тоже казалась ей лживым бюллетенем, констатирующим пустоту – то, чего нет на самом деле, и она подала на развод. Ее брак, умноживший численность населения страны, исчерпал себя. Чтобы оставаться друзьями, печать в паспорте не нужна. «Неужели это все? Неужели мне, как женщине, больше ничего не светит?» - думала она в минуты слабости. Ведь, по сути, ее новое представление о счастье еще не воплотилось в реальность. В душе загоралась слабая искорка надежды о том, что где-то там есть ее родная половинка ее души, тот единственный паззл, с которым совпадет ее рельеф, души, которая так же, как она страдает и мучается, ей холодно даже в самых жарких объятиях лишь потому, что они чужие, а значит, не в состоянии согреть. Об этом были ее размышления, вызывающие слезы у читателей.
Сорок четвертый день рождения: «Вот и наступил тот самый неловкий момент, когда ты понимаешь, что тебе уже 44..,а в душе...,а в душе все еще 43...А еще все явственней приходит понимание того, почему все-таки день рожденья-праздник детства...Потому, что это в детстве ты ждешь подарков и поздравлений ,гостей и пожеланий, радуешься шумной компании и тому, что ты в центре внимания...,хотя бы на один день. Что можно пожелать сейчас??? Даже если очень захотеть, никто ведь не подарит былую молодость и красоту, тот драйв и ту бесшабашность, когда все по плечу, когда море по колено. Никто не подарит прежнюю безрассудность, когда сначала делаешь, а потом уже думаешь, и вроде бы все получается, но все говорят, что надо бы наоборот. А еще никто не подарит любовь, ту от которой кружится голова и трудно дышать, а сердцу становится тесно в груди, и чтобы обязательно были бабочки...
А сейчас.., сейчас просто хочется, чтобы мне подарили ЭТОТ день, ведь можно же пожелать, чтобы один день в году был только мой, свой собственный и больше ничей. Если бы только это случилось, я бы...вот даже растерялась и не знаю, что бы я сделала в этот день...Может быть слушала бы музыку-''Полонез Огинского'', например, и на 101 раз рыдала бы в подушку до изнеможения, кляня несбывшиеся надежды и теша себя призрачными иллюзиями. А может перенеслась бы на необитаемый остров, туда, где можно быть самой собой и делать то что хочется и как хочется , и при этом знать, что никто меня за это не осудит и не раскритикует. Но больше всего мне бы хотелось в этот день стать такой невесомой, маленькой, просто былинкой, чтобы вылететь в приоткрытое окошко и унестись воздушным потоком. Унестись туда, где меня совсем не ждут, но мне туда очень хочется...А потом в удобный момент впорхнуть в случайно приоткрытую дверь и приземлиться возле НЕГО...Да-да, того самого, ради которого хочется жить и без которого трудно дышать...Сначала долго наблюдать, оставляя в памяти каждую черточку любимого лица, каждое движение, говорить пламенно и страстно о своих чувствах, зная что он меня не видит и не слышит. Потом, как бы невзначай будто легким движением воздуха, коснуться его волос, вдохнуть полной грудью , запомнить это запах на всю жизнь, поиграть непослушной прядочкой. А потом пройтись по складочкам на лбу-одна, вторая, третья, вокруг глаз, а потом по щеке вниз к губам, посчитать щетинки. А потом спрятаться туда ,где слышно как бьётся любимое сердечко и долго-долго слушать умиротворяющий и такой родной звук: тук-тук-тук... И ни о чём не думать совсем...И пусть весь мир подождёт... А завтра... Да, конечно же ЭТОТ день закончится и наступит завтра, и я отвечу на все поздравления и пожелания моих друзей, поздравивших меня в сетях и всё вернётся на круги своя... Спасибо всем за искренние поздравления и теплые пожелания! Это такое счастье, когда есть друзья, и вот сейчас становится понятно, что дороже у человека в жизни ничего быть не может!»
Но это было виртуальное пространство, реальность же была невыносимой. Отвергнутый муж начал открытый террор. Чем можно наказать раба, вырвавшегося на свободу? Постараться ущемить его во всем. Запретить, лишить, ограничить. Вячеслав не догадывался, что такая политика поможет только утвердиться тому, кто обрел это сокровище. Он готов жить в экстриме – в этом его добровольная жертва.
«Переплывший большую реку покидает свой берег прежний. А те, кто там остался, не могут до него докричаться. Он не стал их выше, а они ниже. Он стал старше – это другая ниша», - декламировал кто-то с экрана ТВ.
Страдает всегда тело, душе, почувствовавшей вкус свободы, навредить невозможно. Мать удерживали в семье дети, которые не поддерживали ее. По всем правилам, тот, кто инициировал развод, должен уйти. Ситуации бывают разные. Целью Ирины был не уход в другую семью, а желание сохранить, пусть и немного в странном качестве, свою. Семья не только она и Славик, это Люба, Славик младший, проходящий службу в армии во флоте на одном из гражданских кораблей, это старшеклассница Ника и ее дорогой Богдан.
- Сынок, если я уеду, ты со мой?
- Ма, не обижайся, но я останусь дома.
«Наверно, я чего-то не додала», - думала мать, откладывая час разлуки. Душа Богдана знала, что ее скоро отзовут, поэтому тело навсегда останется здесь – дома. Она так же знала, что последний день проведет со своей подопечной, которая в этой жизни играет роль ее мамы. А значит, пока сын жив, мама никуда не уедет. Им еще нужно навестить деда – настоящего отца Ирины, которая не упускала возможности исчезнуть с глаз мужа хоть на пару дней оставив его наедине с собой.
 
AvtorДата: П`ятниця, 27.01.2017, 21:11 | Сообщение # 5
Offline
Генерал-полковник
Группа: Администраторы
Сообщений: 1566
Репутация: 0
Глава 6
Майдан
«В жизни каждого человека наступает пора,
когда надо дерзнуть быть несправедливым,
уметь покончить со всяким восхищением
и преклонением по чужой подсказке
и все отмести: и ложь и правду –
все, что ты сам не признал правдой.
И воспитание ребенка, и все то, что он видит
и слышит вокруг, отравляет его душу фальшью
и глупостью – вперемежку с важнейшими истинами жизни, –
и сбросить с себя все это – насущная потребность для юноши,
который хочет превратиться в здорового духом человека».
(Ромен Роллан)
А пока Ира с Богданом, как могли, напоминали односельчанам, что ветер перемен, дующий с Украины, рано или поздно, достигнет и их пределов. Точнее, уже достиг, но почувствовали его пока только они. Для этого нужно всего-то выйти за ворота собственного двора и ощутить единство всего со всем – такое себе всеединство. Вот и они с Богданом решили подобрать себе униформу – желтые футболки с голубыми джинсами – стать желто-блакитными, как флаг братской державы, почему-то вдруг ставшей вражеской. Ничего особенного, мало ли кто во что одет. Местный народ эти два желто-голубых раздражителя воспринимал, как предательство.
- Ну что, сынок, идем троллить местных ватников?
- Да, мама, идем
Как-то на классном часе Богдан спел знаменитую не зарифмованную частушку:
- Пу-тинх… ло
Что с малыша взять? Это родители виноваты! Точнее, мать, которая сутками зависала в соцсетях, вместе с друзьями помогая киевскому Майдану . Может, все-таки им удастся приблизить время, когда общество будет справедливым, а отношения прозрачными. От старшего сына она узнала, что с гражданского судна его перевели на малый противолодочник. В феврале, накануне открытия олимпиады, команда несла охрану в рейде. Еще узнала, что захват Крыма был плановый, что корабль, на который его перевели, передавал оружие для Крыма через Керченский пролив. Еще было травматическое оружие для Киевского Майдана и триста боевиков чеченского спецназа.
- Сын, откажись исполнять эти приказы, их дают военные преступники, - кричала она в трубку:
- Не становись одним из них…
- Ма, я присягу давал…
- Ты можешь мне прочесть текст своей присяги…
- Да, - сказал Славик и через время позвонил и прочел.
- Ну? Скажи мне, где здесь говорится о захвате территории? Здесь говорится о защите своей Родины. А на чьей территории сейчас ты? Вспомни тех мальчиков из Севастополя, которые пели гимн Украины, когда меняли флаг на Российский.
Сын на связь выходил все реже, говорили они коротко и по существу. В апреле он демобилизовался. Приехав домой, сказал, что вся команда сошла на берег, даже контрактники. Корабль остался на приколе.
- Я знала, что эти мальчики не прольют чужой крови, - спешила она порадовать друзей, радуясь, что ее усилия не были напрасны.
Сын снял военную форму со словами:
- Надеюсь, ее никто никогда больше не увидит. Это форма преступника.
- Сынок, - говорила мать,- это система. Она ломает людей, сломать ее невозможно, пока невозможно.
Кому, как не ей понимать это – она прошла против условностей и предрассудков, связанных с домостроем, ее личная свобода давалась ей нелегко. В который раз она пыталась убедить семью в том, что у нее никого нет, кроме них:
- Что такого я совершила? В чем мое преступление? Что мешает нам быть добрыми друзьями?
А потом узнавала, что ее собственные дети славят ее на все село: «Сошла с ума», «Вступила в секту», «Украла деньги», «Бросила маленького ребенка». Спекуляция Богданом была самой действенной. Ирина на какое-то время исчезала, живя у друзей и знакомых. «Может, одумаются». Результат был, но не долговременный. Снова скандал, снова уход.
Были и приятные события. Как-то раз заехал двоюродный брат и предложил проехаться в гости к ее родному отцу, Петру Андреевичу Мироненко, полковнику запаса МВД Российской Федерации. Предупредив семью о поездке, она взяла Богдана с собой повидаться с дедом. Ира видела в этом определенный смысл: «Еду за родительским благословением».
Петр Андреевич колол дрова на подворье, когда к его калитке подъехала машина, из которой вышел мужчина, две женщины и шестилетний ребенок.
- Привет, дядя, - одна из женщин подошла к нему и обняла. - Сашу ты знаешь, а это Ира.
«Смотрины, что ли, устроить решили?» - подумал Петр Андреевич и, на всякий случай, галантно откланялся, мол такой-то, такой-то.
- Ирина Петровна, - улыбаясь, ответила дочь. - А это Богдан… твой внук.
Через деда будто пропустили электрический разряд. Он долго приходил в себя:
- Ира! Дочка! Внучек!
- Как видишь, твоя копия, - не без гордости добавила дочь.
- Почему же раньше не приезжала? Обижалась, наверно?
- Да нет, муж был против.
- А сейчас, стало быть, не против?
- Не знаю, просто я научилась сама принимать решения.
- Вот и ладно, вот и хорошо…
После очередного скандала она решила какое-о время побыть у отца, который ждал ее и попытался создать максимально комфортные условия:
- Считай, что у тебя, как у солдата, краткосрочный отпуск.
Для человека его возраста и статуса это означало: кофе в постель и возможность заниматься любимым делом. С подачи отца Ирина выправила себе загранпаспорт и начала искать возможные пути отъезда в Украину. Связавшись с волонтерами Днепра, она предлагала себя в помощь рождающейся в муках новой стране, которая наполняла ее сердце до краев:
- Я готова ухаживать за ранеными, чтобы хоть как-то смыть позор. Мне стыдно за наше правительство…
- Подожди, родная… Ты ведь любишь свою старшую дочку? Хочешь, чтобы она тоже возродилась? Нам нужно разобрать ее и собрать заново так, чтобы твоя внучка осталась цела. Да-ааа! Вот задачка! Главное – не падай духом. Я поделюсь собой, помогу вам с Бадди. Ну что, поехали…
Это был Макрос, он прибыл, чтобы помочь Богдану провести Ирину сквозь последние огненные врата, а затем перевести и его самого.
Любаша тем временем собиралась в дорогу. Она училась в Академии Государственного Управления при Президенте РФ в Ростове. Она ждала ребенка. Ничего не предвещало неприятностей…
- Я бы сказал – ничто не предвещало перехода сквозь огненные врата, которые могут открыться неожиданно для путешествующего, - Макрос наставлял Любашу:
- Приготовься. Это не страшно. Немного неожиданно, возможно, неприятно. Душа, как правило, переходит всегда. Перед ней, обычно, открывается новая перспектива, а вот тело, как получится. Иногда мы говорим: «перешел с сохранением физического тела», а иногда: «без сохранения физического тела» или «душа перешла». Девочка, к преодолению боли тебе не привыкать. Держись…
Всего лишь телефонный звонок… Но как много он может изменить в нашей жизни…
- Люба попала в аварию, - по интонации зятя можно было догадаться, насколько все серьезно.
Через час Ирина была в больнице, находившейся в восьми километрах от дома. Вскоре из операционной вывезли ее дочь. То, что она увидела, не поддавалось описанию. На каталке лежало тело, прикрытое простыней. Голову было видно хорошо, об остальном можно было только догадаться. Череп был зашит в двух местах, нижней губы нет, челюсти сшиты поверху грубой нитью, все лицо в шрамах от осколков, один глаз поврежден. Бедро сломано, ноги раздавлены, ступни смотрят в разные стороны. Надо было собраться, чтобы, увидев такое, остаться при здравом рассудке. Реальность дала о себе знать очень быстро. Слух Ирины уловил разговор двух врачей о каких-то документах – бумагах, подписанных Любой. Она сразу подумала о худшем: «На органы». В фойе материализовались двое мужчин-крепышей с носилками. Один был в темных очках. Промелькнули фразы «вертолет» и «краевая больница».
- Какие бумаги она подписала, - почти закричала Ирина, обращаясь к врачу:
- Ее увозят на органы?
- Бог с Вами… Она же в сознании, - а потом добавила:
- Мой Вам совет – езжайте следом.
И вот уже машина на большой скорости мчит в сторону Краснодара. За рулем Славик – старший сын. В салоне Ирина и Богдан, который рассказывает обо всем, что происходит с его сестрой:
- Она сейчас в зале, туда заходит китаец.
- Как ты это видишь? – поинтересовались мать и брат.
- Просто есть труба, по которой летят сообщения…
- Просто, Бадди, твой друг Макрос стал проводником между твоим сознанием и сознанием твоей сестры – она еще в переходе… а это значит, что ее ум пока восприимчив, не перекрыт. Ирония в том, что по мере выздоровления тела, он будет перекрываться. Да ты и сам знаешь, - Макрос никогда не уставал – он был служебным духом.
Тем временем Ирина нашла в поисковике сайт больницы, где узнала о том, что туда приехала делегация врачей из Китая по обмену опытом. Их интересовал редкий случай «сочетанных травм с отягчающими обстоятельствами». Отягчающим обстоятельством в случае с Любашей была ее беременность. Она все еще ждала ребенка, живот и руки ее не пострадали. Ирина догадалась о каком документе шла речь – о согласии стать «подопытным кроликом» и наглядным пособием одновременно.
- У меня тут ребенок, - с порога заявила Ирина о цели своего прибытия.
- Фамилия, имя, отчество, год рождения…
- Умелая Любовь Вячеславовна 1992 года рождения
- Ребенок?
- Да. Для меня она ребенок.
Операция шла восемь часов.
- Что ты видишь? – по очереди теребили Богдана мать и брат.
- Ничего. Труба закрыта. Не знаю.
Через неделю пациентку перевели в их районную больницу.
- Я бы вам не советовал сюда, - убеждал их заведующий отделением:
- У нас здесь полно гнойных инфекций. Ухаживайте за ней дома.
Дома так дома. Когда пришло время снимать швы, Ирина легко справлялась с этим. Беременность развивалась нормально и больную нужно было ставить на учет. Нужно было пройти нескольких специалистов, включая стоматолога. У дочери передний зуб висел на волоске и требовал удаления. Все проблемы Ирина решала «конструктивно». Примерно так:
- Доктор, необходимо удалить зуб.
- Не могу. У меня нет лицензии.
- Нет, сможете. Славик, вноси Любу.
После появления в кабинете крепкого парня с девушкой-инвалидом на руках, лицо доктора менялось:
- Но я не могу этого сделать!
- Доктор, делайте молча и напишите, что зуб выпал сам. Мы никому не скажем.
- Лучше бы я умерла в тот день, чтобы ничего этого не видеть, - кричала Люба со своего инвалидного кресла. Ее душа, как могла, обрывала невидимую нить, соединяющую ее с матерью.
- На самом деле она желает тебе счастья, промелькнула в сознании легким ветерком мысль и испарилась. Это была работа Макроса:
- Она говорит тебе, что не желает быть тебе помехой и делает для этого все возможное. Придет время и все будет хорошо. Ты еще понянчишь своих внуков.
 
AvtorДата: П`ятниця, 27.01.2017, 21:12 | Сообщение # 6
Offline
Генерал-полковник
Группа: Администраторы
Сообщений: 1566
Репутация: 0
Глава 7
Мне надо успеть
Был последний день зимы, погода стояла весенняя. Оттепель, казалось, коснулась не только природы, но и человеческих сердец. Семья Умелых на какое-то время забыла о вражде и все началось, как в старые добрые времена. Мама Ира заняла свой пост на кухне, решив побаловать близких пирожками. В стиральной машинке крутилось белье, потепление сквозило из всех щелей. Хлопнула входная дверь и на кухню ворвался вихрь по имени Богдан. Раскрасневшиеся щеки, челка дыбом, ранец с плеч долой. Расстегивая куртку, мальчик сказал:
- Ма, сегодня из школы пришел труп…
- Что? Что ты сказал?
- Ничего. Мне жарко
- Давай куртку поменяем на легкую…
- Да, не надо, мама, мне уже ничего.
- Что ты имеешь в виду?
- Можно собак угостить пирожками?
- Конечно, почему ты спрашиваешь?
- А соседей можно?
- Можно.
- А можно погулять? Я только во дворе…
- Хорошо, но только во дворе.
Через время, угостив всех пирожками и вдоволь наигравшись, Богдан снова прискакал к матери:
- Ма, я на дорожку…
- Нет!!!
Проезжая часть находилась на другой стороне двора и там было не безопасно.
- Но я должен успеть до приезда папы…
- Нет, сам не пойдешь. Вот развешу белье и отведу тебя на дорожку.
- Но мне надо успеть…
- Успеешь.
- Ма, а ты помнишь, каким я был в 5 лет?
- Да.
- А в шесть?
- Конечно, помню.
- А ты всегда будешь меня помнить?
- К чему это ты?
- Ма, а ничего, что у меня тапки грязные?
- Успокойся.
- А свитер новый дашь мне надеть?
- Надевай. Знаешь, где лежит?
- Знаю.
- Ну что, пойдем на твою дорожку?
- Да…
Это было последнее слово сына. Следующими словами было уже заключение мед эксперта:
- Вашего мальчика сбила машина. Смерть мгновенная, по сути он даже не понял, что произошло.
Она кричала так, что содрогались небеса. Этот крик временами напоминал крик новорожденного младенца. Сын ушел, чтобы мать вошла в новую жизнь.
- Я ушел, чтобы ты родилась, не плачь – так надо, - успокаивал ее Бадди, проходясь по ее коротко остриженным волосам бестелесной рукой.- Надеюсь, я приходил не зря…
- Бадди, тебе пора, - увлек его за собой Рипли, Макроса не было, он выстраивал портал в Украину, просчитывая все варианты, искал наиболее подходящий. Ему, как и остальным было известно, когда планируется выезд Ирины. Пока же ей предстоит войти… в запой – и выйти из него с приобретенным иммунитетом. Ничего не бывает просто так.
…Богдана отпевали в храме. Это было редкостью для тамошних мест. Провожать его пришла вся улица. Ирина заливала горе алкоголем. Выйти из состояния помогло разрешение на въезд в Украину. Запрос пришел из Харькова. Ее приглашали в Реабилитационный Центр воинов АТО. Уход ее дорогого Богдана стал для нее путевкой в новую жизнь. Сопровождающий был найден довольно быстро на сайте «Попутчик». Прощаясь с мужем и детьми, она говорила, что это ненадолго, что она обязательно вернется, а ее отъезд лучше воспринимать, как очередной повод отдохнуть друг от друга, чтобы привести в порядок чувства. Смерть младшего сына сблизила всех, заставила на какое-то время отказаться от непринятия и вражды. Муж стал мягче, добрее.
- Мне кажется, мы больше не увидимся, - печально сказал он при расставании. Возможно, вспомнил недавнюю поездку к сестре, у которой был дар экзорциста и духовидца, и оскорбления, которыми осыпал жену накануне поездки.
- Ты бесноватая! Езжай к Ольге – она выведет тебя на чистую воду.
- Тогда и ты со мной, чтоб понятнее было, - легко согласилась Ирина.
После сеанса Ольга вынесла приговор, но только ему, Вячеславу:
- У тебя крыша поехала. Оставь ее в покое. Если она тебя бросит – ты не жилец.
Так и случилось. Вячеслав ненамного пережил Богдана, потеряв своего Ангела Хранителя.
 
AvtorДата: П`ятниця, 27.01.2017, 21:12 | Сообщение # 7
Offline
Генерал-полковник
Группа: Администраторы
Сообщений: 1566
Репутация: 0
Глава 8
Новая Земля
(Реабилитация)
Ирина жгла мосты, соединяющие ее с прошлым. Ей не хотелось поддаваться временной слабости, поэтому она сразу поменяла карточку в телефоне: «Устроюсь, тогда и выйду на связь».
Было Прощенное Воскресенье. Защемило сердце. Вспомнилась семья, нежелание близких отпускать ее. Конечно же, она их обидела, но, с другой стороны, ей тоже было на что обижаться, просто она переступила через свою обиду на пути обретения своего собственного достоинства.
- Тебе хохлы дороже собственных детей… Упрекам и оскорблениям не было конца.
«Как хорошо, что я была от этого изолирована», - подумала Ирина. Вдруг, затишье. Что бы это значило? «Вот – последняя СМС: «3 апреля похоронили папу».
Слезы заливали лицо Ирины. Она до клеток ощутила эмоциональное состояние семьи, для которой была буфером, сдерживающим удары судьбы, мишенью, собиравшей все стрелы от своих любимых стрелков и Ангелом Хранителем их душ:
- Ничего, вы уже взрослые… Учитесь решать проблемы сами…
Когда она попыталась связаться с детьми в соцсетях, узнала, что старшие удалили ее из друзей. Связь была только через Николетту, да и та вниманием не баловала – просто свое окошко оставила открытым для мамы, чтобы та могла со стороны наблюдать жизнь их, некогда общей, семьи. Недавно она узнала, что стала бабушкой. Вернее, бабушкой стала та, другая Ирина из далекого прошлого, с которой эта Ирина имеет мало общего. И эту данность уже никто не смог бы изменить, даже она сама.
Ирина стала волонтером в Реабилитационном Центре воинов АТО. Волонтер по сути – доброволец, человек, готовый оказать помощь доступными ему средствами в том месте, где она необходима. Это не теоретик, но практик.
Есть несколько способов борьбы с недостатками общества. Например:
1. «Не сорить. Штраф такой-то!»
2. «Выбрасывая мусор помни о том, что ты человек»
3. «Мусорный бак столько-то метров»
4. «Спасибо за чистые обочины»
5. Служба уборки дорог – реальные живые люди, выполняющие реальные действия.
Другими словами, волонтер тот, кто ощутил своей семьей всю страну, некоторые даже планету. Для многих это путь страданий и разочарований. Путь Ирины от теории, с ее лозунгами и призывами к практике – конкретным действиям. Ее сфера – РЕАБИЛИТАЦИЯ. Слово – носитель информации. Проникая в его суть, человек начинает ощущать глубинные смыслы, большая часть которых ведет сознание к постижению закона Единства частного и целого. Слова «реализация» и «реабилитация» похожи сочетаниями букв «реа» - реальность и «ция» - Целостность Истинного «Я». Только в первом слове эта реальность исходит ИЗ Абсолютной Целостности Истинного Я, а во втором нужно купить БИЛЕТ в точку Абсолютной Целостности Истинного Я. Вот, например, такая картинка: экспресс или лифт. Готовность пассажиров определяет пункт их назначения. Чем же тогда отличались работники экспресса от пассажиров – условия пребывания одинаковы и для одних, и для других? Всего лишь маленькими устройствами связи с этим самым Целостным Истинным Я. Эти устройства в их сердцах. Еще мотивацией – добровольно либо принудительно. Причем, некоторые работники экспресса исполняли свои обязанности больше принудительно, разница в том, что они сознательно подтягивались за добровольцами, вдохновляясь их примером.
Билет на экспресс получал лишь тот, кто был готов к переменам. Одна из задач проводников – сеять сомнения, меняя отношение к дутым понятиям, несущим разделение – «герои», «борьба», «враги», «патриотизм». Цель – направить внимание к собственной душе – ее мыслям, ощущениям, проявлениям.
«Если ты способен видеть прекрасное, то только потому, что носишь прекрасное внутри себя. Ибо мир подобен зеркалу, в котором каждый видит собственное отражение», - говорят мудрые люди: «Отдай миру лучшее, что есть в тебе, и к тебе вернется лучшее, что есть в мире», - здесь указано направление движения.
Кухня, уборка корпуса, поселение и выселение со сменой белья и стиркой – это одна сторона ее деятельности. Вторая – медицинская помощь. Уход за ранеными, в том числе и лежачими, уколы, процедуры, перевязки и массажи. Ира окончила курсы массажа и получила сертификат. Третья сторона – это улыбка, юмор и всегда хорошее настроение, никто не должен видеть ее горя. Она сильная, она справится. Если бы бойцов спросили: «Кто такая ваша Ира?», получили бы ответ: «Ира наше ВСЁ».
 
AvtorДата: П`ятниця, 27.01.2017, 21:13 | Сообщение # 8
Offline
Генерал-полковник
Группа: Администраторы
Сообщений: 1566
Репутация: 0
Глава9
Минус на минус дает плюс
"Увижу - поверю", - сказал человек.
"Поверишь - увидишь", - сказала Вселенная."

С головой погрузившись в работу, Ирина уже забыла, о чем просила судьбу в свой предыдущий день рождения, о каком подарке. Обязанностей было много, она в своей стихии.
- К вам тут парня направили. Глубокая депрессия. Вожу с собой веревку и мыло на всякий случай… Прими, накорми, - Это был Юрий Геннадиевич – военный психолог.
- С глаз долой, - говорил он Николаю, так звали его депрессивного пациента, спустя какое-то время, улыбаясь. - Не могу смотреть на твою довольную рожу.
Это была работа Ирины. Скорее всего, горе Николая поглотила жизненная драма его новой знакомой. Что такое Бог? Одна из версий – это связи между людьми. Всякий раз, когда люди соединяются душами, рождается новая Вселенная. Шло время, они все чаще выкраивали возможность побыть вместе. Николай начал помогать Ирине справляться с ее обязанностями по центру. Вскоре они обвенчались в Украинской Церкви. Боец национальной гвардии родом из западной Украины и беженка из России. Об этом много говорилось и писалось. Все символично, в тему и в духе времени. Невеста была в белом платье и украинском венке, жених в форме нацгвардейца. Это была «Любовь во время войны», как в песне Бориса Гребенщикова:

«Не помню как я ступил за порог,
Но вот тяжёлое небо над разбитой дорогой,
В конце которой врут,
Что нам обещан покой.

Над нами развёрнуто зимнее знамя,
Нет лиц у тех кто против,
Нет лиц у тех кто с нами.
Не смей подходить пока ты не знаешь, кто ты такой.

На улице ярость ревёт моторами.
Закатан в асфальт тот лес в котором,
Нам было явлено то,
Чего не скажешь в словах.

Я слышу работу лопат,
На нас направлены ружья заката,
Но скоро у них патроны
Начнут взрываться прямо у них в стволах.

Я чувствую спиной, как вокруг нас сгущаются тени,
Река пылает и мосты над нею разведены.
В своей доброте Господь дарует нам, что мы хотели,
Дарует любовь, любовь, любовь... во время войны.

И я протягиваю ладони в ладонь,
Но это всё равно что гасить бензином огонь,
Рука в руке - пропасть,
Я знаю этот бред наизусть.

И я не помню кем был и не знаю кем стал,
Но кровь моя теперь сильнее чем сталь.
Им крепко не повезёт,
Когда я проснусь.

Я знаю умом что вокруг нет ни льдов, ни метели,
Но я по горло в снегу, глаза мои не видят весны.
Господи скажи мне кто мы, что мы так хотели?
Чтобы любовь, любовь, любовь...
Любовь, любовь, любовь... Обязательно во время войны!»
«А ты помнишь, как все начиналось???», - Ирина периодически благодарила судьбу за все, что ей пришлось пережить. Это было ее письмо Николаю: «Тогда, когда для меня ты был всего лишь «очень тихий и скромный мальчик Коля», проходящий реабилитацию после операции и которого я, беглянка из России, должна была встретить и накормить. ... Мне почему-то вспомнилось именно сегодня, и именно сегодня захотелось написать. Как же давно это было... Очень давно. Безумно давно. В прошлой жизни. Когда я была несчастна и одинока, но со мною был мой мальчик, мой золотой ребенок, мое солнышко, роднее которого не было в мире. Когда еще у меня не было тебя и я не подозревала о твоем существовании. Когда я жила в своей стране и, даже в самых кошмарный снах мне не могло присниться то, что придется пережить. Когда ВСЕ еще были живы... Ни о каком первом впечатлении даже и писать не буду, не было его... Я была в таком убитом морально состоянии, что ничего вокруг меня не интересовало и интересовать не могло. Ну, мальчик и мальчик, ничего особенного, вечно чем-то недовольный, вечно бурчащий о том, как все плохо, и разговаривающий по телефону часами с некой особой, называемой «солнышко». А потом как-то так случилось, что мы за ужином оказались рядом и наш руки тоже. Твоя рука как бы невзначай потянулась к моей, и ты осторожно коснулся моих пальцев. Я неожиданно для себя ответила тебе тем, что завела свои пальцы между твоих и крепко сжала твою руку, ты мне ответил тем же. Так мы и просидели весь вечер рука в руке, и не было ничего желаннее тогда, чем чувствовать тепло друг друга. Именно в тот момент наши души дали друг другу «добро» на сближение. А для наших тел и разума это была лишь возможность заполнить пустоту и тот вакуум, который накопился и давил так, что просто невыносимо было жить. Две души уже нашли друг друга и у них сквозь все сомнения и колебания, сквозь все условности и обстоятельства с дикой болью разрывая огрубевшую оболочку, пробивались крылья. Для меня тогда было совсем неважно, что будет дальше, я этого не скрывала и ничего от тебя не требовала, мне не нужны были обещания и обязательства, будешь ли ты со мной или вернешься к «солнышку». В общем для меня это было не важно. А ты, да, ты колебался, сомневался, что-то решал для себя...Я не торопила тебя с решением, не хотела. Это должно было быть решение не под давлением, чтобы не было потом упреков и недопонимания. Я бы приняла любое. А ты колебался... Целых три дня... А наши руки... Они искали друг друга всегда, когда мы оказывались рядом. Это потом уже был первый поцелуй.., второй, сотый, тысячный. Мы целовались как ненормальные везде: на улице, в транспорте. Окружающие смотрели на нас кто с недоумением, кто с улыбкой, но никто с осуждением. Видимо, слишком счастливые были у нас лица. Это потом уже была первая чашка кофе с сердечком, когда неожиданно для себя я открыла что ты романтик. А ты улыбался так, что просто весь засветился . Ты стал меньше бурчать и все реже звонить «солнышку». А я стала реже плакать... А потом пришло осознание того, что нам друг без друга плохо, что когда мы вместе, мы спокойны и радостны. И совсем неважно было что у нас ничего нет, нет жилья, нет стабильности… Мы были друг у друга, уже были… Это было самое дорогое, что мы имели на тот момент и самое необходимое. Я поняла, что нашла то, что искала, то чего мне не хватало всю жизнь, долгие годы. Мне было плохо без тебя тысячу лет, мне и сейчас плохо, когда ты не рядом. У каждого человека в жизни наступает момент переоценки ценностей. Не все могут этот момент пережить, не все могут этот момент принять, и только немногие способны начать все сначала и жить дальше. Ты помог мне выжить в самый невыносимый период моей жизни, ты дал мне крылья на краю пропасти, только с тобой я живу, дышу и счастлива».
Пока так. Жизнь – это путь, наши герои пройдут его, крепко держась за руки. Рассветы будут сменяться закатами, а закаты вновь рассветами. Ночи уже не будет – она отступает от тех, кто излучает свет. Конечно, они не святые. Просто, они те, кто понял, что счастье это не когда смотришь друг на друга, а когда смотришь в одну сторону и понимаешь, куда идти. Это путь к Свету. Как правило, чтобы появился такой эффект свечения, нужно научиться себя отдавать, всего себя до капли. Такой человек постепенно обретает крылья и, благодаря ему, люди вспоминают о том, что когда-то и у них были крылья.
 
Форум » Творчicть наших друзiв » Книги друзів » Наталья Алымова. Мне надо успеть (Повесть)
Сторінка 1 з 11
Пошук:

До нас заходили
Учасники: